Рубен Киракосян: Насколько трудно объединить армян, вдвойне труднее объединить армян-юристов

29 марта, 2020 - 15:06

Информационный Центр «Еркрамас» продолжает проект «Пресс-конференции». На вопросы читателей портала yerkramas.org отвечает известный московский адвокат, философ, президент русско-армянской ассоциации юристов «АРМРОСС», преподаватель московского института права и управления Рубен Киракосян.

Рубен Киракосян: Отрадно, что, несмотря на текущую новостную ленту, больше напоминающую сводку о потерях на полях битвы, читатели интересуются также вопросами права и общественных отношений. Тем не менее, прежде чем перейти к ответам на вопросы уважаемых читателей сайта Информационного Центра «Еркрамас», хотел бы пожелать соотечественникам, да и всем читателям «Еркрамаса» независимо от их национального происхождения и конфессиональной принадлежности, скорейшего преодоления пика распространения коронавируса и победы над этим испытанием для всего рода человеческого. Давайте беречь себя и своих близких, и все должно быть хорошо!

Ашот Гарегинян, журналист, 59 лет, (г. Ереван): Какие направления текущей работы АРМРОСС в 2020 году, на Ваш взгляд, особенно актуальны?

- Благодарю за вопрос, господин Гарегинян. В 2020-ом году, как и в предыдущие годы, для АРМРОСС приоритетными остаются дальнейшая популяризация норм права и культуры правового мышления, просвещенческие проекты, диалог и сотрудничество с институтами гражданского общества и представительство в органах государственной власти и управления.

Например, в 2019 году, мы установили шефство над рядом крупных сообществ и организаций инвалидов города Москвы, помогаем им, оказывая помощь в виде бесплатных консультаций.

Есть отдельный для нас очень важный информационный повод - в начале текущего года АРМРОСС оказалась включена в список немногочисленных российских неправительственных организаций – победителей конкурса на получение гранта Президента Российской Федерации по тематике «Защита прав и свобод человека и развитие гражданского общества». Наша программа – одна из 9000 поданных, пройдя многоэтапную экспертную и финансовую проверку Координационного комитета под председательством первого заместителя Руководителя Администрации президента Российской Федерации Сергея Кириенко, оказалась в числе победителей, о чем нас официально уведомили. В настоящее время обдумываем степень нашей реальной готовности и пошаговый план реализации столь серьезной, ответственной и масштабной программы. Мы должны соответствовать оказанному доверию и не уронить реноме русско-армянского правового сообщества, а также членов АРМРОСС.

Помимо того, в этом году приняли активное участие в дискуссиях о конституционных изменениях в Российской Федерации, и даже внесли предложения в области обеспечения равного доступа к правосудию для лиц с ограниченными возможностями. В продвижении этой нашей инициативы нам оказал содействие член рабочей группы по конституционным изменениям, член правления АРМРОСС, заслуженный юрист Российской Федерации, наш друг и партнер, профессор юридического факультета Московского Государственного Университета Сурен Адибекович Авакян.

На «армянском» направлении наша деятельность традиционна уже не первый год: безвозмездные консультации, миграционное право, борьба с проявлениями этноэкстремизма, с фальсификациями и фейковой пропагандой иностранных государств вокруг актуальных вопросов истории и современности Южного Кавказа. Эту работу мы осуществляем в экспертном партнерстве с институтом востоковедения Российского-Армянского Университета и Координационным советом российско-армянских организаций.

Новым направлением стали аналитические разработки концепции диаспорального представительства Спюрка в Армении. По моему глубокому убеждению, именно диаспора может быть реальным противовесом от реваншистских настроений в Армении, как независимый от местных условностей общественный, общенациональный институт. Уверен, диаспора должна иметь свой голос в системе органов публичной власти РА. На каком-то этапе так оно и будет - по-другому невозможно, ведь во многом благодаря Спюрку, его поддержке Армения проснулась другой, в новой реальности.

Из резонансных адвокатских дел: провели свое независимое расследование по выяснению причин скоропостижной смерти национального благотворителя Левона Айрапетяна, в связи с чем, выезжали в мордовскую колонию, где прервалась его жизнь. Оказали поддержку группе адвокатов по делу о шумном аресте главного врача ГКБ №27 города Москвы, кандидата медицинских наук Марины Сармосян. В настоящее время вовлечены в процесс по установлению истинных мотивов убийства «красногорского стрелка», бойца Росгвардии, Никиты Белянкина. По прошествии почти годичной работы, адвокатская группа в составе защитников: Нерсисян, Киракосян, Костанян, Халатова может без сомнений утверждать о вынужденных, и более того, разумных и адекватных обстановке мерах самообороны, предпринятых нашим соотечественником Оганесом Айрапетяном, защищавшим своего брата от пуль стреляющего в упор человека, с которым никто из группы задержанных не был знаком и не имел никаких причин для конфликта с ним.

Из несудебных дел: внесли существенный вклад в победу на депутатских выборах в Могсгордуму Сергея Савостянова – протеже известного политического деятеля Николая Платошкина по просьбе последнего. В адвокатской палате Московской области провели совместный круглый стол с научным сообществом армянских врачей.

Помимо того, приняли участие в учредительном собрании «Международного общественного трибунала по преступлениям Азербайджана», направившего обращение на имя Генерального секретаря Организации Объединенных Наций. В рамках данной инициативы АРМРОСС поднял также вопрос о необходимости структурирования в общинах армянских беженских структур, которые сегодня не ко времени забыты. От них зависит очень и очень многое, их деятельность без преувеличения критически важна для текущей глобальной армянской повестки.

Очень рады, в том числе, одному маленькому, но полному житейских эмоций успеху, удалось спасти от рейдерского захвата банком, спасти от неминуемого банкротства маленький семейный бизнес одного нашего армянского «дедушки Мурада» - ветерана МВД СССР, проживающего в дальнем Подмосковье.

Также хочу добавить, что пандемия вируса COVID-19 внесла коррективы, и мы в качестве одной из первоочередных запускаем программу дистанционного безвозмездного on-line консультирования для врачей - они, без преувеличения, герои, герои нашего времени!

Ашот Гарегинян, журналист, 59 лет, (г. Ереван): Как складывается (если складывается) взаимодействие с госструктурами и гражданским сектором РА и РФ?

- Чтоб ответить на Ваш вопрос, напомню, что в апреле 2018 года мы были среди тех редких сил, которые буквально с первых мгновений взяли на себя безвозмездную защиту сторонников армянской ненасильственной бархатной революции, массово доставленных в отделения полиции города Москвы подразделениями Росгвардии с применением несоразмерных ситуации, мер физического насилия, чего не было ни в одной стране мира в те дни. Мы помогли десяткам незнакомых людей, испортив отношения с традиционными структурами. Тогда возникло и тянется поныне недопонимание как с дипкорпусом, так и с Ново-Нахичеванской и Российской Епархией, хотя, если честно, поводов к недопониманию было предостаточно и до этого. В чем оно выражается?

Скажу лишь, что уже не первый год, как посольство в лице руководящего состава перестало с нами сотрудничать, консультироваться, хотя сотрудники в частном порядке и звонят, и консультируются, и дружбу предлагают. Более того, мы уже не первый год не попадаем в списки отдельных встреч с руководством новой Армении, хотя там оказываются, например, сторонники «бывших», апологеты теории «охлоса и черни», а иногда и просто совершенно неизвестные, случайные группы граждан. Мы же, которые здесь в Москве с первой минуты поддержали новую Армению неожиданно столкнулись с мелким чиновным подходом «не пущать!». Ведь в Москве как, если тебя не приглашают на фуршет, банкет и прочую лабуду, то это показатель отношения к тебе. Но учитывая, что на эти променады, из года в год ходят одни и те же лица, то ходить туда – время терять. Эффективность этих мероприятий, из нашего опыта, стремится к нулю. А с руководством Армении мы и так наладим прямые конструктивные отношения, для этого посредники не требуются.

Для сравнения, например, с российскими институтами публичной власти мы работаем полноценно на основе принципа взаимоуважения, в том числе с посольством Российской Федерации в Республике Армения. Мы удовлетворены оперативностью реагирования на наши официальные просьбы со стороны российских дипломатов и публичной власти РФ, в целом. В настоящее время в партнерстве с генеральным консульством РФ в РА и палатой адвокатов Армении ведется обсуждение организации семинара для граждан РФ, проживающих или работающих в РА по вопросам армянского законодательства, но это все конечно после того, как разрешится текущая ситуация и возобновятся вновь авиаперелеты.

Каковы отношения с институтами гражданского общества Армении? Они, давние и прекрасные. Уже более 10 лет мы работаем в конструктивном партнерстве с адвокатской палатой Республики Армения. Часто проводим в Ереване совместные круглые столы для соотечественников по вопросам российского права, выполняем здесь в России их просьбы и поручения. Например, в 2019 году, с нашей помощью, адвокаты Армении и Арцаха приняли участие в работе созванной нами юридической конференции в МГУ на тему «Правовое регулирование в непризнанном государстве», вызвавшем колоссальный интерес как у научного, так и московского адвокатского сообщества. Также рады сотрудничеству с офисом уполномоченного по правам человека Республики Арцах, граждане которой в России имеют специфические проблемы.

Ашот Гарегинян, журналист, 59 лет, (г. Ереван): Что можете сказать о текущей ситуации, связанной с делом Фахраддина Абосзода? Просматривается ли свет в конце туннеля, или как?

- Фахраддин Фарманович – наша радость и одновременно боль. В неспокойном регионе Южного Кавказа у этого человека уникальная миссия – нести мир и просвещение. Именно такие люди в будущем станут основой воцарения мира на Южном Кавказе, мира, спокойствия и добрососедства. К сожалению, сегодня нетюркские автохтонные народы региона: удины, цахуры, ассирийцы, курды, езиды, аварцы, талыши, лезгины, иные, лишены возможности реализации своих основополагающих конституционных прав на изучение родного языка, истории. Аббосзода, лидер талышского национального сопротивления, осмелился публично заговорить об этом, за что и оказался в тюрьме по сфабрикованным обвинениям. Он имел также прямое отношение к ликвидации в России общественной организации «Всероссийский азербайджанский конгресс», как иностранной сети, что могло тоже стать одной из причин его преследования со стороны государства его гражданской принадлежности.

Чтобы осознать абсурдность обвинений в адрес Аббосзода, представьте, например, что армянам, татарам, чеченцам или иным народам РФ, запретили бы изучение родного языка или истории. Абсурд, не правда ли? Россия – многонациональная и многоконфессиональная держава и исторически сильна этим. Наша Армения также такова: русское, езидское иные нацменьшинства полностью пользуются всеми правами и даже имеют своих депутатов в парламенте. Но, как видите, есть страны, где культурная, этническая инаковость считается уже преступлением. Жаль. Аббосзода опередил свое время, оказался слишком передовым. Мы его оставлять не собираемся и будем бороться за него всеми имеющимися законными средствами.

Текущая ситуация по Фахраддину Фармановичу такова. По истечение года тотального замалчивания факта его похищения иностранными спецслужбами, ситуация начинает оживляться и в информационном и в процессуальном плане.

Адвокатская работа ведется в двух основных направлениях: по одному – в партнерстве с адвокатом Кареном Нерсисяном добиваемся возбуждения уголовного дела по факту похищения Аббосзода из Коломенского следственного изолятора, даже имеем постановление суда и прокуратуры об устранении волокиты и бездействия следствия. Ожидаем лишь, чтобы следствие наконец начало вникать в события годичной давности, выяснило, как, например, спецслужбам иностранного государства удалось похитить человека из российского следственного изолятора и перевести его без преград через российскую государственную границу, почему суд по его выдворению проходил не в зале, а в подсобном помещении в атмосфере драки пожилого Аббосзода с неустановленными сопровождающими в гражданском, почему ему не дали связаться с защитниками Нерсисяном и Киракосяном, лишили возможности принести жалобу, ведь он, как беженец не может быть выдан в страну, где его ждет расправа. Это требование статьи 10 ФЗ РФ «О беженцах», и это мне удалось доказать в вышестоящем суде. Представляете, уже год (!) прошел после подачи адвокатом Нерсисяном заявления о возбуждении дела по факту похищения человека, целый год, и только сейчас, по прошествии года, следователь собирается приступить к каким-то действиям после получения массы адвокатских жалоб и судебных постановлений в свой адрес. По данному поводу нами будет подано ходатайство об изъятии материалов из производства текущего состава следствия и передаче в вышестоящие, более ответственные следственные инстанции.

Другим направлением работы является инициирование в ЕСПЧ процесса «Аббосзода против Азербайджана». Наши бумаги из Страсбурга уже дошли до бакинского изолятора, где содержится Фахраддин Фарманович, но непосредственно до него, эту «последнюю милю», никак не преодолеют. Нам нужно всего лишь получить подпись нашего подзащитного, причем это уже наша вторая попытка достучаться до бакинского изолятора, уже один раз эти бумаги вернулись неподписанными. Если эта история повторится вновь, т.е. вернутся обратно в Страсбург неподписанными, нами будет подана жалоба на чинение препятствий доступа к правосудию. В ЕСПЧ на Азербайджан уже смотрят с непониманием из-за ужасной статистики тотального административного и судебного произвола.

Я понимаю степень интереса к судьбе этого человека, но, к сожалению, я не могу в открытом интернет-формате всего рассказать, однако уверяю, все, что можно делать для Фахраддина в этом межгосударственном политическом балагане, в рамках возможностей рядовой адвокатуры, делается, учитывая безвозмездный характер нашей работы и издержек, которые взяли на себя. Мы не ощущаем ни содействия, ни даже просто интереса к вопросу, ни со стороны общины, с которой Аббосзода дружил, ни дипломатов, ни Армении. Вместе с тем, ощущаем моральную поддержку интеллектуальной, понимающей части населения, представителей гражданского и научного сообществ Армении и России, за что им очень благодарны.

К позитивным новостям по делу Фахраддина Фармановича относятся следующие. После публичных выступлений ученых, общественников, в том числе моих интервью по проблемам автохтонных народов Южного Кавказа, на эту проблему обратили внимание не где-нибудь, а почему-то в руководстве США, где госдепартамент этой страны сделал соответствующее заявление о притеснениях древних культур и языков в регионе. О проблемах коренных народов наконец открыто заговорили и в Национальном Собрании Армении, где сейчас готовится обращение представителей нацменьшинств в Совет Европы. За ситуацией пристально следит и УВКБ ООН, научное сообщество региона, коллеги Аббосзода. В России ситуацию периодически освещает авторитетный Координационный совет российско-армянских организаций. Уверен, что при такой динамике хорошие вести не за горами. Очень хотелось бы, чтоб и наш дом – Россия, тоже, наконец, обратила внимание на трудности Аббосзода, ведь региональной интеллигенции, стоящей за Россию горой, являющейся проводником ее цивилизационных ценностей очень нужна эта поддержка. Это, кстати, всецело касается и Армении. Ведь защита многообразия региональных культур и языков должна вестись на государственном уровне, а не адвокатском. Мы не можем исполнять функции государства, хотя делаем это с воодушевлением, по велению сердца и гражданской совести и совершенно безвозмездно.

Генрих Арамян, историк, 54 года (г. Сочи): Ваша организация всероссийская или действует только в Москве? Почему армянские юристы не объединяются в регионах страны?

- Наша организация не имеет общероссийского статуса, она московская, зарегистрирована в органах юстиции города Москвы в 2014 году. При этом, мы не являемся сугубо армянской, наш профиль - весь спектр русско-армянских правовых вопросов, содействие юристам двух стран в налаживании живых контактов, повышение квалификации, трудоустройство, помимо того, защита духовного и материального наследия двух народов, популяризации национальной правовой мысли, исторических источников и современных разработок в области гуманитарных и в частности, правовых наук.

Вы спрашиваете, почему не объединяются армянские юристы? Отвечу так, насколько трудно объединить армян, вдвойне труднее объединить армян-юристов, но у нас это вроде получается. С другой стороны, мы не стремимся к массовости своих рядов, работаем с мотивированными коллегами, безвозмездно любящими свой народ и две свои страны, причем не только армяне.

Помогаем и иным профессиональным союзам, в частности архитекторам, предпринимательским сообществам, а в прошлом году с научным сообществом армянских врачей города Москвы провели совместный семинар на тему «Врачебная ошибка и ее правовые последствия», вызвавшей живой интерес даже в Мэрии города Москвы.

Мы открыты для работы с регионами РФ. Так, в феврале установили рабочие контакты с юристами города Санкт-Петербурга и очень довольны взятой динамикой, находимся с ними в постоянной он-лайн связи, удовлетворены уровнем их компетентности.

Кстати, пользуясь данным интервью, приглашаю всех коллег, интересующихся русско-армянской правовой проблематикой, готовых к сотрудничеству, связаться с нами. Мы готовы приехать к вам и познакомиться. Уверен, что и в городе Сочи бесспорно есть много таких коллег. Наши контакты имеются на сайте www.armross.ru

Симон Гукасян, 34 года (г. Москва): Ваша организация существует уже не первый год. Обращаются ли к вам с какими-либо вопросами другие армянские организации, например Союз Армян России, или у них свои юристы справляются?

- Симон, с Вашего позволения переиначил бы немного вопрос и поставил бы по-другому: почему русско-армянская ассоциация юристов АРМРОСС не сотрудничает ни с одной из общественных структур армян России, из тех, что на слуху, а вместо этого помогает становлению и самоорганизации новых, малых общинных сообществ? Ответ прост – мы им не доверяем, не верим ни в искренность, ни в профессионализм, не понимаем и не принимаем их ценности, методы работы с людьми. Живем с ними параллельно, но в разных Россиях, в разных Армениях, по-разному видим вообще русско-армянский мир. Если можно в шутку выразиться по теории Семюеля Хантингтона, у нас с ними «цивилизационный», морально-нравственный, мировоззренческий «конфликт».

Помимо того, по моему личному глубокому убеждению из опыта и наблюдений, у подавляющего большинства из ныне действующих общественных организаций есть объективные трудности с легитимностью, они не репрезентативны, т.е. реально не представляют общины, не делегированы всей широтой диаспоральной палитры. Объясню. Исторически, сложилось так, что в основе общинного строительства с начала 2000-х годов оказались представители из сферы предпринимательства, невольно выдавившие из этой сферы истинных, преданных своей миссии, общинников. Ничего не имею против бизнеса, но, если бы эти достойные люди занялись бы, положим меценатством, благотворительностью, открыли бы свой фонд и выдавали бы гранты, отдача от их вклада была бы намного выше, как например это делали Галуст Гюльбекян и Кирк Киркорян или делает Эдуардо Эрнекян (87 лет).

Считаю, что из предпринимательского успеха совершенно не следует успешность лица в лоне общественной деятельности. И даже более того - одно просто противоречит другому. Ведь не исключено, что статус общественного деятеля может у отдельных видных представителей региональных элит породить искушение к прикрытию основы своей жизнедеятельности - бизнес-практики. Т.е., я уверен, что у предпринимателя объективно есть конфликт интересов в сфере общественной деятельности.

Доминирование предпринимательского сообщества в общинных делах через фактор личных исключительных экономических возможностей оказало губительное и застойное влияние на климат общинного строительства, не дало ей полноценно состояться, и это продолжается до сих пор уже двадцать лет. В моем понимании, предприниматель, каким бы он ни был патриотом, любящим и уважающим свой народ, он объективно не может быть общественным деятелем, у него априори есть конфликт интересов между бизнесом и интересами общины. Община - сфера, которой надо отдавать себя всего и все свои возможности, без оглядки на свой иной, основной род деятельности. Община не может быть в зависимом положении от личных возможностей, настроений, бизнес-рисков, успехов и неудач, она должна быть самодостаточна и автономна, независима от успехов и неудач отдельных ее членов или руководителя, иметь диверсифицированные источники финансирования, и в первую очередь членские взносы. Необходим реальный институт выборов и сменяемости. Община, это когда все общее, это как семья, совместное принятие решений, взаимотерпимость без интриг, подсидок, записей и приемных, без воспроизводства стиля работы органа государственной власти, и, очень важно, взаимная забота, совместное участие в пополнении и несении издержек, взаимный контроль, но, ни в коем случае, не окаменевшая на десятилетия иерархия несменяемости.

Более того, считаю, российское армянство не имеет вообще ни одного из составных элементов общинности: нет общероссийского общинного диаспорального СМИ, нет возможности контролировать исполнение принятых решений, отсутствует реальный механизм влияния через голосование, выдвижения независимых кандидатур, нет открытого и всегда доступного места сборов. Причина? Монополизированность этой сферы общественных отношений людьми из сферы капитала, а также аффилированными и зависимыми от них лицами. Что делать? Возвращать в общинную сферу истинных общественников, либо выбирать новых, молодых через нормальный механизм выборов. Пора из разрозненного армяноговорящего народонаселения становится структурированной, полноценной частью российского общества, без противопоставления матери-Родине, ее выборам, ее новым ценностям. И тут очень важна роль самой Армении.

Пару слов про САР. По моему личному опыту работы в этой структуре, ее затруднение как общественной организации состоит в том, что, во-первых, держится исключительно на огромных личных возможностях ее руководителя (так не строится общественная структура), а во-вторых - САР не имеет стержневой идеологической канвы, своей основной миссии, чем она отлична от иных, что она хочет транслировать миру? Это как раз то, о чем говорил выше, когда сильная и мощная личность из сферы капитала объективно влияет на структуру, не давая ей состояться уже 20 лет, осознать самое себя. Все, что мне удалось осуществить для соотечественников за те 6 лет, что отдал этой структуре, у меня получилось не благодаря, а вопреки, через силу, кстати, за эти 6 лет, я ни разу не смог попасть на прием к своему руководителю – президенту САР, предложить свои инициативы - был удостоен персонального запрета со стороны всяких «вице» и прочее, которых зачастую тянул вследствие полной некомпетентности некоторых из них.

Не думаю, что когда-либо состоится сотрудничество АРМРОСС и САР при нынешнем руководящем составе этой организации, у нас нет общего предмета, у нас разные предпосылки, разное мировоззрение, диаметрально разное отношение к человеку, к восприятию армянской проблематики, мы даже говорим на разных языках.

Какие юристы сейчас обслуживают САР? Честно говоря, не знаю, и даже не интересуюсь, они там меняются как фигуры в калейдоскопе, т.к. объема интересной, профессиональной работы в моем понимании там давно уже нет и быть не может. Но как бы то ни было, желаю коллегам из САР удачи, мы открыты к диалогу с коллегами.

Может быть чуть сумбурно, но я попытался обосновать, почему приняли решение работать только с малыми сообществами, помогаем их становлению и видим, что за ними будущее, потому что они самоорганизованы «снизу», объединены тематически, мобильны, доступны, соблюдают принципы взаимоуважения и взаимопомощи, какой и должна быть настоящая община. Вообще я за многоцветие и широкую палитру общественного и общинного бытия как сама жизнь, вместо упрощенной до одной-двух-трех структур. Сила общества в его разноликости и непохожести, времена меняются, нужны новые лица, новые подходы.

Отдельное, большое место в нашей практике занимает содействие Координационному совету российско-армянских организаций, мы рады сотрудничеству с командой интеллигентных эрудированных людей, отличающимися тем, что умеют слушать, вникать и сотрудничать.

Михаил Петросян, 44 года (г. Краснодар): В Вашей биографии указано, что уже третий год (с 2017 г.) тянется тяжба по вопросу признания экстремистской книги Олега Кузнецова. В чем сложность этого процесса и на каком он этапе?

- Спасибо за вопрос. Не секрет, что свои «исследования» данный гражданин ведет давно, далеко не в статусе ученого-бессребреника, как многие его российские коллеги, а финансируется, причем неплохо, что само по себе ненаказуемо. Но кроме финансирования, данный гражданин пользуется поддержкой иностранных русскоязычных СМИ, к сожалению, не подпадающих под санкции российской юрисдикции. И это все лишь верхушка айсберга возможностей, предоставленных иностранным государством этому российскому гражданину для его ангажированных антироссийских исследований, чего я не учел в начале своей работы и излишне положился на никчемное бахвальство наших московских элит, которые на деле, как оказалось, не стоят гроша ломаного, да еще, плюс к этому, отличаются трусливым нравом.

Дело в то, что правовая часть работы мною была обеспечена безупречно, подтверждением чего стало взятие моего обращения на контроль председателем Следственного комитета РФ. Т.е. свою часть пути я прошел, но наши достойнейшие не смогли обеспечить ни информационной поддержки, ни моей личной безопасности, ни сайта моей организации, ни маломальской компенсации необходимых издержек, для изыскания и фиксации доказательств, что, в конце концов в совокупности и привело к формальному отказу в возбуждении дела.

Я не считаю это проигрышем – я-то выиграл, приняв на себя весь удар вместе с Кареном Нерсисяном. Проиграло российское общество и наша российская правоохранительная система, не готовая объективно вникнуть в суть написанного. Считаю, что господин Кузнецов до сих пор избегает мер ответственности именно вследствие этого, а также чванства, необязательности и, трусливости некоторых наших соотечественников, на которых тогда положился. Не хочу произносить имена - они слишком известны.

Кстати, по поводу имен. Чудные открытия я сделал, когда оказался в гуще апрельских событий 2018 года, когда людей массово доставляли в отделения полиции от посольства и церкви. Такой порции гадостей сколько я получил в эти дни от наших СМИ, армянских дипломатов и священнослужителей я не получал, наверное, никогда. Потому, по итогам происшедшего, принял решение - АРМРОСС прекращает сотрудничество с т.н. «диаспоральными» СМИ, отказывается работать с дипломатами, и с церковью, а тем более с суррогатными «общинными» организациями, которые лишь по формальному признаку таковы, не являясь общественными по сути. Считаю, что вся эта система больна сиюминутной конъюнктурщиной, в поте лица трудится, чтобы выдать фикцию за продукт, это тот случай, когда говорят «гора рождает мышь». Но, это личное дело каждого, иметь свои предпочтения – верить или нет этой «работе». Для себя выводы я уже сделал, уверен, надо менять, переформатировать либо всю конструкцию с ног до головы, и наоборот, либо отдельные персоналии.

Уважаемый читатель, подытоживая вопрос про дело «Киракосян против Кузнецова» довожу – оно не закрыто. Я все это время изыскивал доказательства и новые, на этот раз, надежные точки опоры, чтобы вторично донести до главы Следственного комитета РФ, что его поручение о проверке по моему обращению об антироссийской деятельности Кузнецова было просто саботировано нижестоящими инстанциями по вполне осязаемым мотивам, не исключаю и вследствие «черноикорной дипломатии», против которой мне нечего было предложить, кроме закона. Лишь сравнительно недавно благодаря нашему соотечественнику, общинному активисту Ашоту Аветисяну мне удалось изыскать финансовые средства для доведения до конца определенных подготовительных мероприятий по сбору и фиксации доказательств, чего не удавалось сделать эти три года, по независящим от меня обстоятельствам.

Ошибок, в виде наивных ожиданий от наших элит, просто зарубивших на ровном месте простое как пять копеек дело, больше не будет.Уверен, что место и плачевную роль элит в истории нашего народа еще предстоит трезво проанализировать и дать их «подвигам» адекватную оценку.

Алексей Семенов, студент-политолог, 21 год (г. Ростов-на-Дону): Можете ли Вы, как юрист, оценить изменения, внесенные в Конституцию России, благодаря которым Владимир Путин получит возможность вновь баллотироваться на пост президента страны?

- По поводу Вашего вопроса мысли такие. Если бы не вмешалась эта «коронавирусная беда», то я бы ответил, что любой человек объективно подвержен физической и моральной усталости. И совершенно логично, что любой президент когда-нибудь задумывается о транзите власти и о преемнике. Но в моем понимании президент России столкнулся с проблемой невозможности транзита власти, ввиду сложившейся внутренней и внешнеполитической ситуации, и отсутствия преемника, который смог бы гарантировать продолжение начатого. Очень драматичная ситуация, без преувеличения.

Не исключаю, что такая «нерасшиваемая формула», либо еще какой-то иной комплекс обстоятельств могли привести к идее «зачистки» конституционного поля для неспешной апробации вариантов транзита власти. Но загвоздка-то вся в том, что такой путь передачи сам по себе априори уже нелегитимен. Те изменения в Конституцию, которые инициированы, страдают массой юридических дефектов. И, следовательно, кто бы ни был преемником, над этим человеком уже с 22 апреля 2020 года, если референдум состоится, будет висеть тень нелегитимности. Что с этим делать? Я не знаю.

Конституционные поправки предлагают исключить нормы ответственности лица, занимающего пост президента, чтоб он ни перед кем не нес ответственности, будучи еще и защищенным нормой о неприкосновенности. В обществе все его члены несут друг перед другом ответственность за что-либо.

Мне как юристу, окончившему тот же факультет права, что и Владимир Владимирович (его, к слову также оканчивали Владимир Ленин и Гарегин Нжде), непонятно, как можно сворачивать основополагающие нормы разделения властей, подчинять себе ветвь судебной власти, или создавать новые органы, конституцией не предусмотренные, как можно разделить правительство на части, подчиненную премьер-министру и не подчиненные ему, а находящееся в прямом подчинении президенту. Такие поправки существенно бьют по статусу правительства, его председателя, т.к. силовой и международный блок правительства превращается в часть президентского офиса, не подотчетный парламенту, при этом председатель правительства фактически уравнен с министрами с точки зрения своей независимости и подотчетности Думе, т.е. его можно будет увольнять отдельно от всего правительства.

Облегчается и порядок смещения судей, президент получает чрезмерный контроль над органами, которые должны проверять конституционность и правомерность его же указов. Таким образом, в случае утверждения поправок в конституцию президент организационно руководит работой судов, прокуратуры и силовых министров с согласия представителей, большинство из которых назначаются органами исполнительной власти. Этим нарушается принцип разделения властей, декларированный в статье 10 1-й главы конституции.

Ликвидируется также намек не независимость органов местного самоуправления. Теперь они встраиваются в вертикаль органов государственной власти, что приведет к забюрократизированности решения вопросов дворового хозяйства, местной безопасности и т.д.

Изменения, предлагаемые в главы III-XVIII уже видно, что будут находиться в противоречии с идеологическими нормами глав I-II, оставленные нетронутыми. Считаю, это будет слабым местом Конституции. Такого же мнения придерживается и профессор Сурен Авакян, входящий в рабочую группу. Только последнее слово там, не за наукой, а за политикой.

Итог, нам - всем россиянам, в том числе мне, как рядовому члену общества, как адвокату и философу, потребуется время, чтобы понять, как в дальнейшем будет справляться система правосудия при фактическом аннулировании принципа независимости судебной власти и облегчения порядка смещения судей с занимаемых должностей, при отмене правила о большей юридической силе норм международного права и пересмотре правомочий международных судебных органов по отношению к решениям национальных инстанций.

Словом, много разных вопросов и естественных тревог. Но надеюсь, время и здравый смысл все расставят и приведут в соответствие с логикой обыденной жизни. В этом смысле, я, оптимист и вас к тому же призываю, дорогой читатель.

Но эти вопросы сейчас временно отошли на второй план - будем здоровы, друзья!

ИЦ «Еркрамас» - yerkramas.org

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.