Нагорный Карабах против азербайджано-турецкой террористической коалиции

29 октября, 2020 - 18:35

Азербайджан в союзе с Турцией и с использованием тысяч исламских боевиков международных террористических формирований, нарушая нормы международного гуманитарного права и логику переговорного процесса, 27 сентября с.г. начал очередную военную агрессию и развязал широкомасштабную войну против армян Нагорного Карабаха. При этом безответственность политики президента И. Алиева проявилась и в том, что он проигнорировал призывы генерального секретаря ООН Антонио Гутерриша и стран-сопредседателей Минской группы ОБСЕ о недопустимости нарушения режима перемирия и военных действий в условиях глобальной угрозы пандемии.

Особенностью новой карабахской войны является факт азербайджано-турецкой военной коалиции с использованием многочисленных иностранных наёмников и боевиков международных террористических организаций стран Ближнего Востока и Азии (включая Сирии, Ливии, Ирака и др.). Целью коллективного агрессора является не решение карабахского вопроса, а массовое истребление армян Нагорного Карабаха, лишение их права жить на земле своих предков и оккупация армянских территорий.

Турция, Пакистан и Афганистан оказывают прямое содействие Азербайджану в карабахском конфликте. Тысячи исламских наемников и боевиков, участвующие в этой войне на стороне Азербайджана, способны интернационализировать конфликт и превратить Южный Кавказ в очередную зону региональной нестабильности и эпицентр международного терроризма.

Война против армян Карабаха, развязанная с лидирующим участием Турции, преследует далеко идущие геополитические амбиции Анкары, нацеленные на возрождение доктрины пантюркизма и реализацию планов неоосманизма, уничтожение «армянского клина» и установление собственного диктата на Кавказе и в Центральной Азии, что создает экзистенциональную угрозу не только для безопасности Армении и Нагорного Карабаха, но и вступает в противоречие с интересами ведущих стран Евразии (включая России, Ирана и Китая).

Армия обороны Арцаха ведет неравную борьбу и оказалась на передовом рубеже цивилизационной борьбы с международным терроризмом, где боевые формирования ИГИЛ вошли в состав регулярной армии члена ООН Азербайджана и координируются членом НАТО Турцией. Превращение Азербайджана в логово международного терроризма несёт угрозу миру, региону и самому азербайджанскому обществу.

И в этих условиях только Армения, будучи единственным гарантом безопасности Нагорного Карабаха, и мировая армянская диаспора оказывают всестороннюю помощь в противостоянии агрессору. Позорным явлением карабахской войны остается факт продолжения оказания военной помощи агрессору со стороны Израиля, а также позиция Грузии, создающая в дни войны благоприятные условия для транзита через свою территорию военных грузов (Турции и Израиля) в Азербайджан при одновременном блокировании соответствующей поддержки армянской стороне. Последнее свидетельствует о соучастии Грузии в конфликте против Нагорного Карабаха.

Естественно, карабахская проблема сегодня стала главной политической темой мировых СМИ и международной дипломатии, которая требует безотлагательных мер по прекращению боевых действий и политическому урегулированию. Пока что из крупных стран только Франция в своих оценках адресно отмечает виновника новой военной эскалации в лице азербайджано-турецкого союза, именно президент Э. Макрон первым обозначил участие исламских боевиков при организующем и координирующем участии Турции и ее спецслужб в карабахской войне на стороне Азербайджана. Тот же Париж представил сущность азербайджанской агрессии в повестке ЕС и Европарламента, французская сторона полагает решение карабахского вопроса путем признания независимости Арцаха и возврата части территорий Азербайджану.

В то же время ряд экспертов в России и Израиле считают, что Франция вряд ли способна оказать существенное воздействие на ситуацию в регионе и помочь армянской стороне в военном противостоянии азербайджано-турецкой агрессии. Правда, те, кто об этом говорит, сами толком не называют, а какая же страна готова противостоять этому произволу и терроризму?

Более того, становится крайне неубедительным мнение израильтян о военной импотенции Франции при условии, что Армия обороны Израиля, считающая себя мощной силой на Ближнем Востоке, немногим месяц назад участвовала в военных учениях в Средиземноморском бассейне совместно с той же Францией и Грецией против Турции. И если компетентный израильский эксперт Яков Кедми, оценивая ситуацию в зоне карабахского конфликта, некомпетентно заявляет, что армянская армия из-за политики Н. Пашиняна и якобы американских военных инструкторов (которых ни в Армении, ни в Карабахе не было и, полагаю, не будет) стала менее профессиональной и разучилась воевать, то возникает вопрос об осведомленности «Моссад» и «Аман» в карабахском конфликте. Ход военных действий в Арцахе показывает, что как раз Армия обороны НКР является самой боеспособной армией региона и противостоит коалиционным силам Азербайджана, Турции, Пакистана и исламских террористов, к тому же получающих достаточное вооружение от самого Израиля в дни войны. Наконец, если американцы являются плохими военными специалистами, почему же Яков Кедми не требует от властей Израиля прекратить стратегическое военное сотрудничество с Пентагоном, почему израильские офицеры проходят переподготовку в тех же американских военных академиях, почему израильская военная промышленность интегрирована в американскую систему оборонных корпораций и технологий?

Расчет Азербайджана путем войны решить карабахский вопрос в свою пользу не состоятелен при любых раскладах и в первую очередь из-за провала собственной армии благодаря героическому сопротивлению Армии обороны НКР. Во-вторых, мир убедился, что политика армянофобии президента Ильхама Алиева не оставляет иного выбора, как признание независимости Арцаха. И сегодня все больше стран в своих адресных заявлениях отмечают солидарность с борьбой армян Нагорного Карабаха (включая, Францию, Грецию, Кипр, Бельгию, Нидерланды, Люксембург, Италию, Польшу, Австрию, Аргентину, Канаду). В-третьих, планы части внешних сил получить энергоресурсы Азербайджана взамен на возврат Карабаха в состав Азербайджана оказались под угрозой детонации существующих транзитных коммуникаций, расположенных вблизи зоны конфликта. И тот факт, что азербайджанская армия наносит военные удары по территории Армении (включая по мирным и военным объектам) развязывает армянской армии руки для нанесения адекватного ответа по всей инфраструктуре Азербайджана. И здесь никто не даст гарантии по части трубопроводов и иных важных объектов вблизи зоны карабахского конфликта. Наконец, страны, избравшие выжидательный путь, либо соучастие в преступлениях против армян Карабаха, оказались перед выбором.

Россия, сохраняя внешне позицию равноудаленности в своих оценках нынешней войны в Карабахе, пока что ограничивается призывами к сторонам конфликта прекратить боевые действия. Благодаря призыву президента В.В. Путина российский МИД смог организовать встречу глав внешнеполитических ведомств Армении и Азербайджана, добиться после 10-ти часовых переговоров подписания соглашения о гуманитарном перемирии для обмена пленными и телами погибших. Однако Азербайджан по указке Турции сорвал эти соглашения и продолжил боевые действия против Карабаха. Алиев не желает забирать тысячи трупов своих аскеров, ибо не знает каким будет ответ азербайджанского общества. Его цель добиться скорой победы и возврата потерянных территорий.

В сложившейся ситуации диктата Анкары, Азербайджан вряд ли прислушается к декларативным призывам России, либо другой страны о прекращении войны и тактики тотального уничтожения (включая мирных городов и гражданских объектов) армянского Карабаха. Одними призывами и декларациями еще никто не останавливал ожесточенные войны, тем более турок. Необходимы верификационные механизмы контроля за исполнением сторонами конфликта взятых обязательств. И подключение министерства обороны России к процессу установления перемирия с заявлением министра иностранных дел РФ С.В. Лаврова о целесообразности ввода российских военных наблюдателей в зону конфликта – это признаки активизации российской военно-политической дипломатии.

Россия, если не в интересах своего союзника Армении, то исходя из соображений собственной безопасности на Кавказе и геополитических императивов на постсоветском пространстве в целом, обязана задуматься о превентивных мерах по локализации военного конфликта в Карабахе. В том числе, уничтожения нового очага международного терроризма, формируемого в мягком подбрюшье РФ ее двумя «стратегическими партнерами» в лице Турции и Азербайджана. И на это Москва имеет полные правовые основания, с учетом последних поправок в Конституцию РФ, где четко обозначено, что, во-первых, современная Россия является правопреемником СССР (следовательно, имеет свои жизненно важные интересы на постсоветском пространстве и несет определенную ответственность за безопасность); во-вторых, Россия признала верховенство национального законодательства над международным (особенно в части вопросов, касающихся ее безопасности); в-третьих, Россия является одним из ведущих сопредседателей Минской группы ОБСЕ по карабахскому вопросу, стало быть, Москва не может оставаться вне темы карабахской войны; в-четвертых, Россия, помимо многосторонних обязательств в рамках ОДКБ, имеет двусторонние соглашения о военной помощи с Арменией (чья территория подвергается целенаправленным обстрелам со стороны Азербайджана); в-пятых, а на каких международных основаниях Турция вмешалась в карабахский конфликт на стороне Азербайджана. А самое важное, что Турция нарушает правовые соглашения с Советской Россией 1921 г. по ситуации в Закавказье. Последнее оставляет за Россией право расширить свое военное присутствие в данном регионе и денонсировать договора 1921 г. А собственно с чего начался карабахский вопрос?

Как известно, провозглашение независимых государств Закавказья в 1918 г. на обломках Российской империи и благодаря Октябрьской революции привело к ситуации военной агрессии Турции и образованию впервые в истории азербайджанской государственности в форме Азербайджанской Демократической Республики (АДР). Поскольку ранее в Закавказье, да и в любом другом регионе мира не было государства с подобным названием, поэтому новое образование находилось в противоречиях со своими географическими соседями (Арменией, Грузией, Дагестаном) по части определения границ. Исторические армянские территории Карабаха, Зангезура и Нахичевана стали предметом спора между Азербайджаном и Арменией. В 1918–1920 гг. власти АДР так и не смогли установить военный контроль и включить названные армянские области в свой состав. В свою очередь Лига Наций в 1920 г. не приняла Азербайджан в свой состав именно по причине территориального спора с Арменией (включая по Карабаху). Следовательно, независимый Азербайджан в 1918–1920 гг. де-юре не имел в своем составе Нагорный Карабах. В свою очередь декларация о независимости Азербайджана 1991 г. признала правопреемственность от АДР 1918–1920 гг., а не Азербайджанской ССР 1920–1991 гг. Из этого следует, что международно-правовой принцип территориальной целостности по части Нагорного Карабаха на современную Азербайджанскую Республику – правопреемника АДР – не распространяется.

Карабахский вопрос стал следствием большевистско-турецкого Московского договора от 16 марта 1921 г., согласно которому Армения потеряла часть территорий в пользу Турции и Азербайджана. Именно в 1921 г. Советская Россия и кемалистская Турция провели разделительную линию по р. Аракс, Москва признавала политическое образование Азербайджан с частью армянских территориальных автономий Нахичевана и Нагорного Карабаха под своим геополитическим контролем, Турция же получала часть территорий Восточной (Русской) Армении по факту проигранной армянами войны в сентябре-декабре 1920 г. и согласия большевистской России. Армянская ССР с Зангезуром в 29,9 тыс. кв. км оставляла России малый остров противостояния последующим пантюркистским амбициям Турции в регионе.

Весной 1920 г., когда Турция осознала угрозу полного территориального краха и возможной потери Армянского нагорья, а Красная Армия вновь устремилась к бакинской нефти, Мустафа Кемаль-паша согласился на советизацию Азербайджана и передачу данного молодого тюркского образования под контроль России. В те дни мусаватистское правительство Азербайджанской Демократической Республики выражало естественное недовольство потерей суверенитета с согласия Турции, которая весной-осенью 1918 г. ценой военной агрессии армии Нури-паши фактически и создала Азербайджан со столицей в нефтяном Баку.

В этой связи турецкий генерал Февзи-паша направил циркуляр своему резиденту в Баку – консулу Мемдуху Шевкят-бею для передачи азербайджанским партнерам, в котором отмечалось: «Как бы хороши не были наши отношения с Россией сегодня, мы должны подойти к этому вопросу с точки зрения завтрашнего дня и возможного изменения политического строя в России. Турции необходимо, чтобы между ней и Россией были буферные кавказские республики. Россия за Тереком и Дербентом – вот что определяет нашу политику. Этот план уже разработан, и результаты его скажутся скоро».

Прошло всего-то ничего – практически один век, и Россия сегодня в Закавказье столкнулась с реваншизмом Турции, опирающаяся на буферный Азербайджан и нацеленная на установление собственного доминирования в данном регионе с последующим прорывом в богатейшую ресурсами тюркскую Центральную Азию. В этой обновленной стратегии неопантюркизма Анкара находит заинтересованных партнеров в лице сильного англосаксонского Запада (Великобритании и США) и нацеленного на финансовое доминирование в коммуникационно-энергетических проектах Израиль. Данная стратегия Турции используется мировой закулисой в качестве приводного инструментария в стратегически важные регионы Кавказа и Центральной Азии для последующего формирования коридора между Китаем и Россией, а также блокирования Ирана на севере. В этой стратагеме карабахский конфликт становится поводом для масштабных геополитических трансформаций.

Вслед за перемирием в зоне карабахского конфликта в мае 1994 г., Азербайджан уже 20 сентября того же года заключил первые «контракты века» по каспийской нефти и газу с крупными энергетическими компаниями Великобритании, США и Турции. При этом основным проектировщиком и оператором «бакинской нефтяной игры» является Великобритания в лице СИС и Би-Пи. И, конечно, стал вопрос о маршруте их транспортировки. В то время основным маршрутом был советский нефтепровод Баку – Грозный – Новороссийск. Однако Запад и Турция вряд ли собирались усиливать Россию и сохранять ее геополитический контроль над Апшероном. Обходной же путь предполагал строительство новых энергетических коммуникаций вне контроля России через Турцию в Европу. С учетом российско-армянских союзнических отношений, армяно-турецких исторических проблем и сохранения карабахского вопроса в актуальной повестке, Запад и Турция не могли рассчитывать на армянский маршрут транзита в ситуации, когда наиболее выгодный путь через Иран исключался ввиду ирано-израильских и ирано-(британо)американских противоречий. Этот маршрут определялся через Грузию, несмотря на ее протяженность и финансовую затратность (так, нефтепровод Баку – Тбилиси – Джейхан обошелся почти в 3 млрд долл. США). Именно поэтому в ноябре-декабре 1994 г. спецслужбы стран Запада и Турции с использованием Азербайджана инициировали внутренний военный конфликт в России с эпицентром в Чечне, дабы блокировать российский нефтепровод.

Еще в период первой карабахской войны в 1993 г., после прихода к власти в Азербайджане Гейдара Алиева, турецкие спецслужбы проводили операцию по переброске стрелкового вооружения в Чечню, а в начальный период конфликта и боевиков из Турции и других стран Ближнего Востока (тот же эмир Хатаб и др.). Искандер Гамидов (руководитель азербайджанских «серых волков» и бывший министр внутренних дел Азербайджана) публично заявлял о той помощи, которую они оказывают шехидам в Чечне.

Во второй половине 1990-х гг. под давлением Запада и Турции глава Грузии Э. Шеварднадзе согласился на антироссийский союз и транзит каспийской нефти в Турцию. Непосредственно территория Грузии (Панкисское ущелье, Ахмедский район) на границе с Россией (Чечней) стала активно использоваться для переброски боевиков и иной поддержки сепаратистам.

Как известно, вторая чеченская война началась летом 1999 г. с «похода» Шамиля Басаева на два соседних района Дагестана (Кара-махи, Чабан-махи) якобы с целью формирования Исламской (Чечено-Дагестанской) конфедерации. В реальности же, это наступление на Дагестан определялось не Шамилем Басаевым, а его зарубежными партнерами. Россия тогда в лице своего замминистра по энергетики Бориса Немцова заявила о готовности построить обходной маршрут нефтепровода из Дагестана через Ставропольский край в Новороссийск, дабы успокоить внешних партнеров по части «взбунтовавшейся» Чечни (поскольку нефтепровод из Баку, прежде чем попасть в Грозный, проходил через Дагестан). И именно поэтому Запад, Турция и Азербайджан были соучастниками новой войны на Северном Кавказе с целью детонировать Дагестан и блокировать любые планы Москвы по установлению контроля над бакинской нефтью. Россия в итоге проиграла данную схватку, ибо на Стамбульском саммите ОБСЕ осенью 1999 г. с участием президента США Б. Клинтона было принято окончательное решение по маршруту нефте- и газопроводов из Каспия через Грузию и Турцию в Европу. Более того, Грузия потребовала вывода российских военных баз со своей территории. Так Москва оказалась аутсайдером в закавказской нефтяной игре, а новая власть после Бориса Ельцина в интересах сохранения относительной стабильности на Северном Кавказе пошла на политику умиротворения, вывела свои войска из Грузии и при согласии Запада получала дивиденды от продажи собственной нефти и газа на европейском рынке. Народ Чечни оказался одним из жертв войны, развязанной иностранными центрами и их службами.

Подобная ситуация сохранялась до августа 2008 г., то есть до конфликта с Грузией. Россия вновь оказалась под санкциями Запада из-за рельефного обозначения своих геополитических интересов на Южном Кавказе. Однако в ходе юго-осетинского конфликта русские так и не ударили по азербайджанским нефте- и газопроводам. В ситуации же после марта 2014 г., то есть воссоединения Крыма с Российской Федерацией, антироссийские санкции ужесточились. Вместе с тем, Россия в том же Закавказье остается важным игроком с учетом союза с Арменией и сохранением карабахского вопроса.

Попытки России использовать внешние противоречия Турции с США и Израилем в плане установления партнерства с Анкарой оказались недостаточно успешными. Русские стали продавать стране НАТО свое вооружение, строить за собственные же деньги (более 21 млрд долл.) первую в истории Турции АЭС «Аккую» в Мерсине и газопровод «Турецкий поток» в обход православной Украине. И на всех этих направлениях русская дипломатия потерпела фиаско, если не считать узкую группу протурецких лоббистов и рост коррупции отдельных чиновников.

Россия в данном контексте сама начала активно продавать союзнику Турции и противнику Армении Азербайджану собственные виды наступательных вооружений и боевой техники (включая РСЗО «Смерч», Тос-1 «Солнцепек», «Ураган», танки Т-90 и др.), которые использовались Баку в ходе военной агрессии в Карабахе в апреле 2016 г. и сейчас. Те же кассетные бомбы от разрывающихся в городах Арцаха снарядов РСЗО «Смерч», увы, имеют российское производство. Подобная военная дипломатия не может считаться проявлением равноудаленной и сбалансированной политики РФ на Южном Кавказе.

Аргументы российских экспертов о том, что это рынок торговли оружия и чистый бизнес, вряд ли могут быть приняты. Во-первых, подобные виды вооружения Азербайджан не смог бы закупить у других стран. Во-вторых, продажа оружия не есть продажа помидоров, а есть инструмент геополитики. В-третьих, сегодня Украина также нуждается в наступательных видах российского и белорусского вооружения против непризнанных (включая со стороны Москвы и Минска) Донбасской и Луганской народных республик, но вряд ли русские и белорусы станут продавать украинцам подобное оружие. В-четвертых, их активное применение Азербайджаном против армян Карабаха не вызывает в России жесткой оценки, соответствующих санкций в отношении режима Ильхама Гейдаровича. Однако превращение Азербайджана в плацдарм исламского терроризма бумерангом скажется на безопасности самой России (собственно, уже сказывается, если посмотреть на недавний факт переброски террористов в Чечню из Азербайджана, арест группы боевиков в Волгограде, а также попытки Азербайджана рекрутировать на карабахский фронт бойцов из Дагестана).

Анкара, согласившись на российский проект «Турецкий поток» и осознавая его бесперспективность для Европы с учетом позиции Лондона и Вашингтона, в то же время смогла реализовать новый масштабный азербайджанский проект газопровода TANAP в обход России. Р. Эрдоган намерен в обмен требовать вхождения в TANAP газовых ресурсов тюркских государств восточного берега Каспия – Туркменистана и Казахстана. И в этой связи соглашение прикаспийских государств в Актау 2018 г. вряд ли будут иметь обязательное значение для Анкары и ее западных партнеров.

Все это и стало прелюдией для начала новой агрессии и широкомасштабной войны Азербайджана против Нагорного Карабаха с участием Турции. Уже на протяжении двух и более лет спецслужбы заинтересованных стран владеют информацией о вербовке турецкими разведслужбами (МИТ и ГРУ) боевиков в Сирии, Ираке и Ливии для последующей их переброски в Азербайджан с целью использования в войне против Карабаха и Армении. Глава Совета безопасности Армении имел возможность ознакомиться с информацией своих российских коллег. Так что Сергей Нарышкин всего лишь публично подтвердил факт участия на стороне азербайджанской армии боевиков международных террористических формирований. Правда, в заявлении директора СВР России прозвучало и возможное наличие в карабахском конфликте курдских боевых отрядов.

Последнее позволяет отметить, что в рядах курдского сопротивления могут быть сторонники участия в карабахском конфликте. Однако, если предположить, что курдские боевики планируют воевать на армянской стороне, то об этом нет фактических доказательств (пленных, трупов, документальных подтверждений, перехвата радиоэфира и т.д.), чего не скажешь об участии наемников на стороне Азербайджана (в Карабахе уже уничтожено более 100 арабских и прочих боевиков, зафиксированы их переговоры по радиоэфиру, имеются соответствующие видеосъемки). Наконец, глава российской разведки не может не знать, что внешние границы Армении охраняют российские пограничники. И вряд ли ФСБ России пропустила бы курдских боевиков на территорию Армении без ведома собственных властей. Другой вопрос, что на стороне Армии обороны Арцаха могут воевать добровольцы армяне из стран зарубежья (включая и Ближнего Востока), но они не являются наемниками и террористами, а защищают свою историческую Родину от агрессии азербайджано-турецкого альянса и международных террористов. Никто с армянской стороны не говорит о том, сколько азербайджанцев из-за рубежа пришли воевать в армии Алиева.

Опыт сбалансированных оценок сторон карабахского конфликта не приблизил мир в регионе, поскольку нынешнее руководство Азербайджана во главе с президентом И. Алиевым прямо заявляет о военном методе решения карабахской проблемы в свою пользу без учёта интересов армянской стороны. Более того, Азербайджан, совершая обстрел территории члена ОДКБ Армении, намерено провоцирует российско-турецкое столкновение в регионе и призывает Турцию к более активному участию в антиармянской агрессии.

Странно слышать от России одинаковые призывы к перемирию к сторонам конфликта, когда армянская сторона подтверждает свою готовность и дает согласие на верификационный механизм контроля с направлением своих военных специалистов в Москву, а азербайджанцы отвечают отказом. Следовательно, Россия и все остальные должны адресно призывать, а в случае отказа – принуждать агрессора к миру.

Еще комичнее звучит мнение многочисленных экспертов о том, что Азербайджан является стратегическим партнером России. А собственно в чем данное партнерство выражается – Россия имеет в Азербайджане свои военные базы и пограничников; азербайджанская нефть и газ проходят на внешние рынки через территорию России; Россия в далекой Сирии ведет борьбу против исламских террористов, а в Азербайджане допускает размещение тех же боевиков; кто содействовал чеченской войне в 1990-х гг. Азербайджан или Армения?..

Развязанная азербайджано-турецкой коалицией современная война против армянского народа в Нагорном Карабахе с привлечением интернационала исламских террористов является геополитической бомбой замедленного действия, взрыв которой будет иметь серьезные последствия и для самой России и для Ирана с Китаем.

История карабахского конфликта со всей очевидностью свидетельствует, что данная трагедия стала следствием большевистско-турецких соглашений (включая Московского договора от 16 марта и Карского договора от 13 октября) 1921 г., в результате которых армянские территории были переданы проигравшей в Первой мировой войне Турции и ее детищу в Закавказье – Азербайджану. Новое противостояние российско-турецких геополитических интересов в Закавказье требуют денонсации названных соглашений и исключения участия Турции в судьбе региона. Поскольку Турция нарушила свои же обязательства 1921 г. и перешла линию р. Аракс в Нахичевани и Аджарии, а сейчас диктует тактику агрессии против Карабаха, то Россия вправе отказаться от положений Московского и Карского договоров и расширить свое военно-политическое присутствие в регионе. Однако планы Москвы разместить российские войска вокруг бывшего НКАО, то есть во всех 7-ми освобожденных районах, и передать под контроль Азербайджана Кельбаджарский и Лачинский районы, окажутся несостоятельными. Нельзя решить карабахскую проблему, закладывая в нее новую конфликтную географию.

Международное сообщество стоит перед необходимостью разрешения карабахского вопроса в форме признания независимости Нагорно-Карабахской Республики. Изначально Азербайджан в контексте разрешения карабахского вопроса, начиная с погромов в Сумгаите в 1988 г., использовал язык силы и варварства против армян. Впоследствии тактика погромов мирного армянского населения в Сумгаите, Кировабаде и Баку трансформировалась в стратегию военной агрессии против Нагорного Карабаха и тотальное уничтожение армянского населения (война 1991–1994 гг., агрессия 2016 г., война 2020 г.). Убийца Рамиль Сафаров стал не только символом пищерного варварства и трусости офицера, но и выражением сути азербайджанской политики силового разрешения карабахского вопроса. Синдром геноцида армян в Османской Турции, отрицание данного факта преступления современной Турцией и террористическая антиармянская политика Азербайджана являются аргументом о невозможности возвращения Карабаха в состав тюркского государства.

Алиев небезосновательно полагает, что прав тот, у кого больше силы. Что ж, карабахская война определит у кого больше прав.

Александр СВАРАНЦ. Доктор политических наук, профессор

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
CAPTCHA
Тест для фильтрации автоматических спамботов
Target Image