«Наша Среда онлайн» предлагает читателю познакомится с эссе-обращением армянского мстителя Согомона Тейлиряна к своей матери, погибшей во время геноцида армян в Османской империи. Пока Согомон Тейлирян воевал на Кавказском фронте, во время геноцида армян погибло 85 представителей рода Тейлирянов. Из 17 родственников Согомона, оставшихся в его родном селе, выжила лишь дочь его брата. Кроме неё выжили лишь родственники Согомона, жившие в Сербии.



МОЕЙ МАМЕ…



В бездонном сумраке увядшей памяти искал я тебя, мать моя, приходя в ужас от мысли потерять навеки…

Бродил я из страны в страну, из пустыни в пустыню. Прошёл через многострадальные, превращённые в кучу развалин города и деревни, горы и долины нашей родины…

Напрасны были мои искания…Везде пред моими глазами представала картина всеобщего опустения. Не было более той кипучей жизни, обаяния полей, журчанья ручьёв, весёлого щебетания птиц…

Всё! Всё исчезло в результате удовлетворения аппетита кровавой гиены, отдавшейся зверскому инстинкту.

На родине утвердилось царство сов…

Пустыня! Пустыня! ..

Евфрат был беспокоен и расстроен из-за нарушения его извечного течения вашими истерзанными трупами… Из волн его лишь исходил мятежный жалобный рёв. Евфрат также оплакивал своё прошлое…

Чистые и прозрачные воды были окрашены невинной кровью армянских матерей, детей, молодых и стариков… Его душа была огорчена, так как он был живым свидетелем ужасной трагедии армянской нации…

Далёкие и незнакомые пустыни были безмолвны и безразличны: казалось, они пресытились разбросанными на их выжженных песках скелетами…

Горько оплакивал я самое ужасное бедствие, имевшее место в обозримой истории человечества. До пределов бесславного отчаяния могли увести мои колебания, но горе, страшные картины трагедии потрясли мою душу, вселили в меня силу и жизненную энергию, чтобы продолжать жить, заглушая ноющую боль. Быть может для того, чтобы исполнить мой сыновний долг, долг армянина по отношению к тебе, мать моя, по отношению к миллионам армянских матерей, которые были распяты на армянской Голгофе…каким-то образом увековечить память пролитых потоков крови…

Ты, мать моя, что дала мне жизнь, со слезами на глазах, полная горьких предчувствий, поцеловала меня на прощанье и была права. Истинны были твои стенания и правильны: «С трудом взрастила я тебя, ты оперился и теперь улетаешь, удаляешься от меня». Да, я удалился. Удалился с тем, чтобы во веки веков не увидеть тебя, но молоко, которым ты меня вскормила, твоя безграничная материнская ласка пустили такие глубокие корни в моей душе, что позабыть всё это, остаться равнодушным, особенно после твоей трагической гибели, было невозможно…

Сегодня, подобно идолопоклоннику, я пожелал построить в моём сердце «Могилу неизвестной матери» и благочестиво поклоняться этому памятнику, как древнему капищу. Пожелал таинство моей языческой молитвы, воссоединённой с благоуханным дымом ладана и фимиама, рассеять и вознести до безграничных таинственных высот, как свидетельство моего глубокого почитания твоей незабвенной памяти, мать моя, так же как и тысяч и тысяч заживо сожжённых, которые пали невинными жертвами во имя борьбы за свободу нашей нации и исчезли навеки без могил, без надгробья…

 

Источник: Тейлирян С. Покушение на Талаата. Воспоминания. Записал Ваан Минахорян. Перевод с армянского Егора Сергиева. Предисловие Виктора Надеина-Раевского. Издание второе. Издательство «Ключ-С» М., 2025