От редакции. Мы продолжаем публикацию книги Арсена Мелик-Шахназарова «Нагорный Карабах: хроника одного предательства». Предлагаем вниманию читателя очередной фрагмент Второй главы - «Как Кремль стратегического союзника обнулял».

- Может ли отразиться грузино­осетинское противостояние на Нагорном Карабахе?

— Может, и уже отразилось. Казалось бы, внешне ничего не изменилось ни в регионе азербайджано-¬карабахского, нагорно­карабахского конфликта, ни в ходе процесса урегулирования. Но это чисто внешне.

На самом деле произошла очень важная вещь, а именно: все маски сброшены. И пришло время выбора игры. Стало очевидно, что карабахцы, - как и осетины, и абхазы, - не являются для мировых «игроков» людьми. Для них малые народы - мусор, мешающий продвижению их своекорыстных планов по управлению нефтегазовыми потоками и изоляции России. В соответствии с этим, надо и самим делать выводы.

Цхинвал 8 августа 2008 года - это Степанакерт «образца» февраля 1992 года. Представьте себе, чтобы могло случиться сегодня, не будь у НКР «пояса безопасности» в виде освобождённых территорий Арцаха; если бы азеры продолжали бы сидеть в Ходжалу, Шуше, Малибейли, на высотах вокруг столицы НКР? И что будет, если завтра азербайджанские войска вернутся в Агдам, Физули, тем паче - в Кельбаджар? Ведь в отличие от грузинских властей, которые маскировали предстоящую бойню заверениями в любви к «согражданам — братьям-осетинам», в Баку не только не прекращают, но и наращивают воинственную и расистскую риторику.

Поэтому сегодня необходимо переломить совершенно тупиковую тенденцию в переговорном процессе, который в нынешнем виде обречён на провал. Учитывая трагедию Южной Осетии, необходимо поставить условием продолжения переговорного процесса подписание всеми тремя сторонами конфликта юридически обязывающего соглашения о неприменении силы, предусматривающего суровые международные санкции в отношении стороны­нарушителя.

При этом соглашение, подчёркиваю, должно быть подписано Азербайджаном, Нагорным Карабахом и Арменией. То есть теми тремя сторонами нагорно­карабахского конфликта, о которых сказано в базовых документах ОБСЕ — Будапештского саммита СБСЕ 1994 года, Пражском, 1995 года Заявлении действующего председателя ОБСЕ и других документах, которые все последние годы намеренно и постыдно игнорируются «тройкой» сопредседателей Минской группы ОБСЕ.

Без этого продолжать работу над согласованием каких­либо принципов, как бы они ни назывались, означает заниматься мазохизмом и обманывать самих себя и свой народ.

- Считаете ли Вы Косово «уникальным случаем», который не может повлиять на урегулировании конфликтов?

— Ничего уникального в косовском случае нет. Он так же «уникален», как отчленение в 1938 году Судет от Чехословакии в преддверии дальнейшего расчленения этой страны. Более того, никакого самоопределения в Косово не было: там разве был проведён какой­то референдум? Нет, пришли НАТОвские войска и «обустроили» этот исконно сербский край, как «обустроили» в 1920–1921 гг. турко­большевики Нахичевань — это армянское Косово.

В отличие от Нагорного Карабаха, в Косово не было, и нет никакого урегулирования между собственно Косово и Сербией, а есть лишь силовой диктат извне, явно идущий вразрез с резолюцией №1244 Совета Безопасности ООН по этому вопросу.

Так что, никакой уникальности и «прецедентности», на мой взгляд, в косовском случае действительно нет. А вот односторонний акт признания независимости края как раз может повлиять и, уверен, повлияет на урегулирование конфликтов, в том числе и азербайджано-¬карабахского.

- Какова действительная позиция РФ в карабахском конфликте?

— Это вопрос не ко мне. Будучи не вхож в коридоры российской власти, полагаю, что эта позиция соответствует заявленной официально.

Вместе с тем, Москва слишком часто идёт на поводу у официального Баку, когда последний капризно требует от России наложить табу на любое упоминание о Нагорном Карабахе в российских СМИ, продолжить многолетнюю телефонную, телеграфную и почтовую блокаду НКР со стороны российских связистов. Из этой же области боязнь чиновников на установление контактов между организациями, городами РФ и НКР.

- Недавно Вы закончили книгу о Нагорном Карабахе. Что является в ней главным?

— Главным в ней, на мой взгляд, является подробное изложение информационно­идеологических аспектов карабахского конфликта. Невозможно добиться справедливости, не информируя мир об истинных причинах и следствиях конфликта, не разоблачая ложь противника. А с этим в Армении дела обстоят не ахти как. Мне доводилось видеть мидовских чиновников, которые без дополнительных подсказок не могли найти Нагорный Карабах на карте региона. Что уж тут говорить? Только ленинское «учиться, учиться и учиться», — пока не поздно. Ибо, как говорил Владимир Высоцкий: «Чистая Правда со временем восторжествует, если проделает то же, что Грязная Ложь». Эти слова взяты мною эпиграфом к книге.

- 17 лет независимости для НКР — это много или мало?

— Это, конечно, немало. И, главное, что эти годы прошли совсем не зря. Ведь есть и примеры длительного регрессивного развития ситуации на том же постсоветском пространстве, и их последствия мы только что наблюдали.

- Должна ли Армения первой признать независимость  НКР?

— Думаю, пока Армения сама официально не признает независимость НКР, вряд ли какая¬-либо другая страна пойдёт на такой шаг. Во всяком случае, каких­либо ощутимых результатов в направлении признания НКР «третьей» страной не видно; если вообще такая работа велась. Однако вопрос признания Ереваном официального Степанакерта должен быть продуман, быть ко времени и подкреплён соответствующей решимостью.

Между прочим, официальное признание НКР будет означать отказ от изначально ущербной АОДовской концепции Нагорного Карабаха как НКАО, фактически принятой на вооружение и последующими властями РА. Ведь административные и фактические границы НКР отнюдь не совпадают с границами бывшей НКАО.

А пока ведь можно сделать официальное заявление о приз¬нании НКР де-¬факто и заключить с ней некоторые Договоры, в том числе и об обороне. Ведь не помешало же США сделать аналогичный шаг по отношению к непризнанному Тайваню ещё в 1972 году? А ведь Республика Армения и НКР — это «одна нация — два государства», как любил поговаривать Гейдар Алиевич об Азербайджане и Турции.

- Как Вы оцениваете действия Бакинского агитпропа?

— Действия эти сколь наглые, столь и настырные. Они также подкреплены серьёзными финансовыми вливаниями. Ведь недостаточно наполнить, скажем, Интернет­сайт информацией, надо сделать так, чтобы размещённая на нём информация имела правильную систему ссылок. Ежедневная ложь Азерагитпропа о якобы имеющих место обстрелах с армянской стороны всплывает при поиске и отборе сообщений в первых рядах военно-¬политических новостей. То есть, здесь видна работа программистов; а это — деньги. Немногочисленные же армянские сайты имеют слабую систему ссылок.

Азербайджанская пропаганда, действуя по принципу «мартышки», пытается втянуть армянскую сторону в бесплодные дискуссии по самым разным вопросам, чего делать не следует. Надо вести свою линию и работу: например, настойчиво и нудно разъяснять всему миру, что никакого «Азербайджана» на карте Южного Кавказа не было вплоть до 1918 года, когда это буферное образование было синтезировано турецкими интервентами для поглощения всамделишнего Азербайджана — иранской провинции. А посему никаких прав у сегодняшней бывшей Азербайджанской ССР нет ни на Нагорный Карабах в его целостном понимании, ни на Нахичевань, ни на много что другое.

22.08. 2008

(Продолжение следует)